Воспитание в детских домах

Воспитание в детских домах

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ВОСПИТАНИЯ ДЕТЕЙ В ДОМАХ РЕБЕНКА И ДЕТСКИХ ДОМАХ

Л. Н. ГАЛИГУЗОВА, С. Ю. МЕЩЕРЯКОВА, Л. М. ЦАРЕГОРОДЦЕВА

В последние годы в нашей стране резко возросла озабоченность положением сирот и детей, лишенных родительского попечения. Выявились неизвестные ранее широкой общественности факты, свидетельствующие о серьезных недостатках в организации жизни и воспитания в учреждениях, специально созданных для этих детей,— домах ребенка, детских домах, интернатах. Круг поднятых проблем касается различных сфер компетенции: экономической, юридической, педагогической, медицинской и др. В целях их разрешения был принят и готовится к принятию ряд правительственных постановлений, организуются различные мероприятия Детским фондом им. В. И. Ленина.

Однако с психологической точки зрения они пока не коснулись самого существенного при организации жизни детей в интернатах — создания адекватных психологических условий, обеспечивающих полноценное развитие детей. Существующая в настоящее время система общественного воспитания сирот и детей, лишенных родительского попечения, не только построена без учета этих условий, но и включает действие факторов, тормозящих психическое развитие.

Данный вывод является результатом обобщения более чем 150 тыс. опытов, проведенных 39 сотрудниками и аспирантами лаборатории с 2700 детьми в возрасте от новорожденности до 7 лет (из них 700 — воспитанники домов ребенка и детских домов).

Исследованиями были охвачены 70 детских учреждений различного типа, 22 из них — дома ребенка и детские дома. Работа проводилась в Москве, Калуге, Душанбе, Бельцах, Комсомольске-на-Амуре, Тирасполе, Кишиневе, Карши, Таллинне, Уфе, Горьком и других городах 1 .

Задачей данной статьи является анализ факторов, вызывающих задержки и отклонения в психическом развитии детей, являющиеся следствием неправильной организации системы воспитания, и разработка комплекса мероприятий, направленных на их устранение. Эта задача приобретает особую актуальность в связи с готовящимся пересмотром принципов построения системы воспитания детей, лишенных родительского попечения.

Прежде чем приступить к анализу факторов, вызывающих задержки и искажения в психическом развитии детей, представляется целесообразным кратко описать общую картину отклонений в этом процессе у воспитанников детских учреждений по сравнению с детьми, живущими в семьях.

Задержки в психическом развитии детей, воспитывающихся в домах ребенка, отмечаются уже с самых первых месяцев жизни. Прежде всего у младенцев тормозится развитие потребности в общении и соответственно — сроки появления коммуникативной деятельности. К концу первого месяца жизни младенцы часто не обнаруживают умения сосредоточивать взгляд на лице взрослого, прислушиваться к его голосу, улыбаться в ответ на обращение. Поэтому и в последующие месяцы младенцы в домах ребенка отличаются от детей из семей отставанием в развитии эмоционального общения и установлении привязанностей, являющихся фундаментом личностного развития ребенка.

Поскольку эмоциональное общение со взрослыми является ведущей деятельностью

в первом полугодии жизни, то его ущербность отрицательно сказывается на общем психическом развитии ребенка, и прежде всего эмоциональной сферы и познавательной активности. На поведенческом уровне эти отклонения и задержки проявляются в недостаточном развитии комплекса оживления как средства общения и эмоциональной реакции на окружающие предметы: он характеризуется высоким латентным периодом, неполнотой состава, недостаточной продолжительностью и интенсивностью, преобладанием реактивности над инициативностью, слабой вариативностью. Дети нечетко дифференцируют эмоции взрослых, их собственные эмоциональные проявления редки, неярки и однообразны, они слабо интересуются окружающим, редко адресуются ко взрослым.

В нормальных условиях в первом полугодии жизни у младенцев в процессе эмоционального общения с близкими взрослыми закладываются основы личности и самосознания, проявляющиеся в их положительном самоощущении, жизнерадостности, инициативности, требовательности, любознательности. У воспитанников дома ребенка вследствие дефицита общения и отсутствия привязанностей не формируется устойчивое положительное самоощущение и активная позиция в отношении к окружающему миру; дети пассивны, апатичны.

Отсутствие опыта взаимодействия со взрослыми отрицательно сказывается на развитии социальных контактов младенцев друг с другом. Возникающий в первом полугодии интерес к сверстнику во втором полугодии заметно снижается: находясь рядом, дети часто не замечают друг друга, не вступают в игровое взаимодействие, поразительно нечувствительны к инициативе и эмоциональному состоянию сверстника, что приводит к возникновению конфликтов между ними. Таким образом, у воспитанников дома ребенка уже на первом году жизни все основные линии психического развития оказываются деформированными.

Выделенные линии отставания четко прослеживаются на следующем возрастном этапе — в раннем возрасте (от 1 до 3 лет).

В структуре общения со взрослым снижены такие показатели, как внимание и интерес, эмоциональное отношение к нему, количество коммуникативных высказываний, гибкость в общении. Больше всего страдает инициативность ребенка по отношению ко взрослому. Контакты с ним отличаются робостью, неуверенностью, окрашены опасением ребенка быть отвергнутым, носят реактивный, а не инициативный характер. Значительно отстает от нормы чувствительность детей к оценкам взрослого, которая лежит в основе формирования успехов во всех видах деятельности, в усвоении норм морали. Дети не дифференцируют похвалу и порицания взрослых, что затрудняет процесс коррекции ими своих действий.

Неблагоприятное развитие коммуникативной сферы тесно связано с отставанием познавательной деятельности детей. Это выражается в слабо развитой любознательности, исследовательской деятельности с предметами, которая составляет основное содержание активности ребенка раннего возраста. Страдает качественный и количественный состав этой деятельности. Исследование предметов примитивно по содержанию, осуществляется вяло, неуверенно, протекает на упрощенном эмоциональном фоне, его отличает отсутствие творческого подхода к ситуации.

Такими же качествами характеризуется и игровая деятельность детей. Игра носит характер стереотипно повторяющихся, разученных на занятиях действий, поражает отсутствием эмоционального отношения и творчества, отличающих игру детей, растущих в семьях.

Характерной особенностью коммуникативной и познавательной деятельности воспитанников домов ребенка является их раздельное протекание, что затрудняет формирование практических контактов ребенка и взрослого. Неудовлетворенная ранее потребность в эмоциональных контактах затрудняет овладение детьми действиями с предметами по образцу. Сотрудничество, совместное выполнение предметных действий, составляющие основное содержание общения ребенка со взрослым в раннем детстве, оказывается несформированным у детей из дома ребенка. Таким образом, страдает уже вторая в онтогенезе форма общения.

Особенно заметно отставание от нормы в речевом развитии детей. Вплоть до 3 лет большинство из них задерживаются на стадии понимания речи, не переходя к активному пользованию ею. Речь как средство общения и интеллектуального развития формируется лишь у 40 % воспитанников домов ребенка, но и у них она находится на низком уровне.

Обедненной оказывается и сфера общения детей со сверстниками. В норме общение между детьми возникает на третьем году жизни и характеризуется положительным отношением детей друг к другу, инициативностью, умением налаживать игровые контакты. В домах ребенка эти показатели хуже, чем в яслях. Детские контакты часто окрашены отрицательными эмоциями, в играх детей меньше инициативности, открытости, дружелюбия, часты проявления агрессивности. Общее состояние нервозности, подавленности, отличающее воспитанников домов ребенка, накладывает печать на их общение.

На протяжении раннего возраста в норме у детей продолжается развитие личности и самосознания, отношения к себе, к своему Я. Основным содержанием этого отношения становится оценка ребенком себя как человека, умеющего достичь успеха в предпринимаемой им деятельности, гордость за свои достижения в ней, стремление пробовать свои силы в новых практических действиях, требование признания себя как личности. У воспитанников домов ребенка такое отношение к себе не складывается. Личностная деформация выражается в отсутствии самостоятельности в деятельности, равнодушии к ней, а иногда и в страхе перед всем новым и незнакомым.

После трехлетнего возраста дети переводятся из дома ребенка в детский дом, в связи с чем происходит регресс достигнутого ими уровня психического развития. Процесс адаптации надолго затягивается, усугубляя уже имеющиеся отклонения. Вопреки распространенному мнению условия жизни детей в детском доме оказывают такое же неблагоприятное влияние на психику ребенка, как и дом ребенка.

Дошкольники из детского дома также испытывают более острую и напряженную потребность в общении со взрослым, чем их «семейные» сверстники. Они тянутся к любому пришедшему в детский дом человеку и готовы общаться с ним. Но их контакты очень примитивны и носят в основном непосредственный, тактильный характер, через который они добиваются внимания и ласки. Содержательный

разговор и совместная деятельность, предлагаемые взрослым, вызывают затруднение и замешательство и не поддерживаются детьми. Недостаток эмоциональной привязанности к взрослому в предыдущих возрастах приводит к тому, что потребность во внимании и доброжелательности взрослого обостряется с возрастом и остается главной и единственной потребностью в более поздние годы.

Общение со сверстниками у детей из детского дома продолжает оставаться на низком уровне развития. Его характеризует слабый интерес, невнимание к ровесникам. Сама по себе возможность общения со сверстниками (которая является практически неограниченной в детском доме) не приводит к разнообразию и содержательности контактов детей. Более того, они наблюдаются значительно реже, чем в детском саду, и носят более примитивный характер. Другие дети являются для дошкольников монотонным фоном их жизни, а если и выступают из этого фона, то, скорее, как конкуренты или соперники, но не как партнеры или товарищи.

В развитии эмоциональной сферы у детей дошкольного возраста отмечаются те же отклонения, что и в более ранних возрастах. Воспитанники детского дома отличаются пассивностью, равнодушным отношением к окружающему. Восприятие сказок, диафильмов, ролевые игры, как правило, не вызывают ярких переживаний у этих детей, проходят формально и отчужденно.

Интеллектуальное развитие дошкольников из детского дома также имеет ряд специфических особенностей: они практически не отличаются от своих «семейных» сверстников по развитию наглядно-действенного мышления и относительно легко справляются с задачами, требующими практических манипуляций с предметами. В то же время эти дети в большинстве случаев не способны действовать в плане образов и представлений. Неразвитое воображение, отсутствие познавательной инициативы и целеустремленности приводят к тому, что умственные действия у них крайне ситуативны: они определяются либо предметным окружением, либо прямыми указаниями взрослого.

Та же ситуативность проявляется и в поведении детей: они послушно выполняют инструкции взрослого, но не могут соблюдать правила игры, сдерживать непосредственные желания, не контролируют свое поведение. Задержки в развитии произвольного поведения приводят к тому, что, оставшись без опеки и контроля взрослого, дети не могут организовывать свою деятельность, оказываются подверженными любым ситуативным влияниям.

Личностное развитие воспитанников детских домов характеризуется отсутствием временной перспективы. Дети живут в настоящем, не имея прошлого и будущего, они не умеют фантазировать, мечтать, к чему-то стремиться. Их желания ограничены сиюминутными потребностями, зачастую отражающими дисциплинарный характер их жизни (они хотят быть послушными, быстро одеваться, хорошо есть).

В результате сниженной произвольности, деформаций в развитии интеллекта, эмоциональной и личностной сферы дошкольники, воспитывающиеся в детском доме, оказываются не подготовленными к обучению в школе.

Анализ выявленных в исследованиях данных об отклонениях в психическом развитии воспитанников домов ребенка и детских домов позволил выделить ряд факторов, обусловливающих их возникновение.

Главным из них является неполноценное общение со взрослыми, которое порождает цепь наслаивающихся деформаций по мере взросления ребенка. Этот фактор начинает действовать с первых дней жизни. В условиях семьи в период новорожденности (первый месяц жизни) происходит интенсивная подготовка ребенка к общению со взрослым. Для нормального развития потребности в общении необходимо наличие постоянной обратной связи между ребенком и взрослым. Последний должен быстро реагировать на все признаки дискомфорта младенца,

тем самым не только удовлетворяя его физиологические потребности, но и создавая возможность активного взаимодействия ребенка со взрослым. Младенцу также необходимо с первых же дней жизни испытывать ласку и любовь взрослого, которые и составляют содержание общения в первые месяцы жизни. Кроме того, ребенок должен часто находиться на руках у взрослого, так как именно в позе «под грудью» создаются оптимальные условия для получения необходимой стимуляции всех органов чувств и ощущения физического и психологического комфорта. Воспитанники домов ребенка лишены этих условий. При существующей в настоящее время системе воспитания обеспечивается только удовлетворение физиологических потребностей младенца при игнорировании его психологических потребностей. Это происходит по следующим причинам.

Во-первых, число детей в группе намного превышает тот уровень, при котором взрослый может уделять необходимое внимание каждому ребенку. Для детей младенческого возраста это число не должно быть больше трех. При большем числе младенцев персонал в состоянии осуществлять только физиологический уход, как это имеет место в настоящее время при десяти детях в группе.

Во-вторых, персонал, ухаживающий за детьми, подбирается без учета личностных качеств и умения общаться с детьми. При отсутствии должной квалификации и ориентации на уход в ущерб организации психологического комфорта уменьшение числа детей в группе не может дать положительного эффекта. Вместе с тем и при наличии квалифицированного персонала, но сохранении избыточного числа детей полноценное общение организовать невозможно.

Кажущаяся же адаптация ребенка к новым условиям жизни может маскировать глубокие нарушения в личностном развитии. Обнаруживающиеся в последствии отклонения в социальной адаптации, в отношениях с супругами и детьми, являются во многом следствием ущербного раннего опыта жизни. Учитывая, что контингент детей, находящихся в учреждениях, и так составляет группу риска, травма, связанная с переводом в другое учреждение, может провоцировать серьезное

Нормальное развитие человека предполагает наличие у него жизненной перспективы, знания о своем прошлом, планов на будущее. Отсутствие постоянного общения с одними и теми же людьми лишает ребенка прошлого (так как только от близких он может узнать, каким был в детстве, что пережил раньше, оценить свой прошлый опыт), препятствует формированию представления о будущем, приводит к тому, что дети живут лишь сегодняшним днем, не накапливают подлинного личностного опыта, не имеют достаточно развитого самосознания.

Игнорирование значения устойчивых личностных связей является следствием объективного отношения к ребенку, который выступает в имеющейся системе воспитания как объект ухода, медицинского обслуживания, педагогических воздействий, но не как целостная личность, человек, обладающий собственным внутренним миром, нуждающийся в близких любящих людях.

В-четвертых, жесткая регламентация деятельности детей и персонала, акцент на дисциплинарные моменты, бедность событий в их совместной жизни не предоставляют содержательных поводов для общения. В результате у детей деформируется отношение к себе и окружающим, они получают крайне узкие представления о жизни, что затрудняет их социальную адаптацию, усвоение нравственных норм, приобщение к культурным ценностям.

Другим важным фактором, вызывающим отклонения и задержки психического развития воспитанников домов ребенка и детских домов, является замкнутость жизни в стенах одного помещения, отсутствие контактов с внешним миром, выключение из естественного быта людей. В младенческом возрасте этот фактор тормозит познавательное развитие детей, в раннем и дошкольном возрасте он выступает как мощная депривация социального опыта. В то время как ребенок, живущий в семье, к трем годам усваивает большую часть опыта, приобретаемого за всю жизнь, воспитанники учреждении лишены этой возможности.

Еще одним важным фактором является неадекватная организация жизненного пространства в детских учреждениях. Архитектура помещений не предусматривает наличия собственной территории, вынуждая детей постоянно пребывать в чрезмерно большом коллективе сверстников, лишая ребенка возможности побыть одному. Отсутствие такой возможности создает дополнительные условия для невротизации детей.

В совокупности перечисленные факторы создают условия для реализации объектного отношения к детям, но препятствуют проявлению индивидуальности ребенка. Для развития индивидуальности необходимо сочетание коллективной и личной жизни человека. Но именно в области личной жизни в детских учреждениях ребенок лишен всего необходимого: близких взрослых, своего «угла», личных игрушек и других вещей — всего того, что входит в понятие «дом»; свободы перемещения внутри и вне помещения; контактов с людьми, выбора занятий и игр.

Из всего сказанного следует, что необходимо перестроить сами принципы организации жизни детей, лишенных родительского попечения, и сирот, положив в основу создание адекватных психологических условий для нормального развития детей.

Для этого представляется необходимым осуществить комплекс мероприятий разного уровня.

I. Поскольку жизнь ребенка в семье предпочтительнее, чем в учреждении, прежде всего следует обеспечить на законодательном уровне приоритет семьи перед любыми другими формами воспитания.

В первую очередь необходимо максимально сократить поступление детей в дома ребенка и детские дома. Так как в настоящее время в государственных учреждениях воспитывается лишь 3—7 % сирот, а остальные имеют мать или обоих родителей, необходимо принять меры для улучшения материальных возможностей семей:

а) увеличить размеры пособий по уходу за малолетними детьми, детьми-инвалидами, матерям-одиночкам, многодетным, матерям-студенткам. Пособие должно быть дифференцированным, учитывающим материальное состояние семьи, и максимально приближено к прожиточному минимуму. (Вынужденное помещение этих детей в учреждение обходится государству дороже, но является гораздо менее эффективным);

б) в случае необходимости предоставлять отпуск по уходу за малолетним ребенком не только матери, но и отцу или другим родственникам, предусмотрев возможность его поочередного использования;

в) создать условия для осуществления воспитания своих детей молодыми родителями: способствовать организации при МЖК, студенческих и рабочих общежитиях семейных яслей-садов, детских комнат, прогулочных групп и пр., а также пунктов проката (мебели, детских вещей, колясок, игрушек и т. п.) всего необходимого для налаживания полноценной жизни ребенка в семье;

г) организовать психолого-педагогическую службу при детских поликлиниках и консультациях с целью повышения компетентности родителей в вопросах воспитания ребенка, а также осуществления контроля за его психическим здоровьем;

д) пересмотреть законы об усыновлении и опекунстве, сняв все ограничения, имеющиеся в настоящее время.

II. Для детей, не имеющих возможности жить в своей семье или быть усыновленными и взятыми под опеку, предусмотреть различные организационные формы жизни, приближенные к семейной.

Мировой опыт показывает, что лучшей формой такой организации является семейный детский дом. Первые попытки создания таких домов в СССР обнаружили значительные трудности, так как прямое перенесение зарубежного опыта оказалось невозможным из-за экономических, юридических и других социокультурных особенностей нашего общества. Поэтому представляется целесообразным создать консультативно-методический центр по изучению и распространению мирового и отечественного опыта.

Поскольку в настоящее время по всей стране функционирует огромное число домов ребенка, детских домов-интернатов и в них еще (пока разрабатываются и принимаются законы) будут проживать дети, необходимо произвести их реорганизацию и создать адекватные психологические условия для воспитанников этих учреждений. (Перечисленные далее требования должны соблюдаться при любой организационной форме.)

1. Учреждения должны быть приспособлены для постоянного проживания в них детей от момента поступления до достижения совершеннолетия, для чего необходимо переоборудовать существующие дома ребенка, детские дома, интернаты, сохранив необходимый медицинский, педагогический персонал и обеспечив их квалифицированными психологами.

2. Во всех типах учреждений необходимо создавать условия для установления системы аффективно-личностных связей детей со взрослыми и другими детьми, для чего требуется: обеспечение постоянного персонала, ухаживающего за детьми, хотя бы и работающего посменно; сохранение отношений ребенка в микрогруппе вместо постоянного его перемещения в новую жизненную среду, перевода из одной группы в другую; сделать круг людей, взаимодействующих с ребенком, стабильным на протяжении ряда лет. Наличие круга близких людей, «родного помещения» позволит ребенку чувствовать себя увереннее, психологически комфортнее.

3. Ограничить число детей до трех—пяти на одного ухаживающего взрослого. Это в совокупности с указанными мерами сделает излишним привлечение дополнительных специалистов, так как многие задержки развития, вызванные дефицитом общения и неадекватным образом жизни, не возникнут.

4. Необходимо создавать разновозрастные группы, ограничивая число детей до пяти человек. В такой группе могут проживать не более

двух младенцев, не более трех дошкольников и не более двух подростков.

5. Учреждение должно быть домом для ребенка со свободными контактами с окружающим миром (вплоть до посещения детских садов, школ), выходом за пределы территории в магазины, кино, театры и т. д. Обеспечить включенность детей в жизнь и быт людей; это делает необходимым архитектурную перепланировку помещений но квартирному типу.

6. Необходимо повысить уровень педагогической и психологической подготовки кадров. Начать специальную подготовку воспитателей для работы в учреждениях данного профиля с обязательным прослушиванием курсов детской и возрастной психологии, психологии общения, психодиагностики.

7. Создать условия, сделать престижной, социально значимой работу в таких учреждениях не только для женщин, но и для мужчин — врачей, психологов, педагогов и т. д. Феминизированность этой системы общественного воспитания делает обедненными личностные контакты детей, особенно мальчиков.

8. Организовать отбор персонала с учетом личностных качеств (любящих детей, умеющих выражать свою любовь, желающих общаться с детьми). Отбор персонала производить по конкурсу с тестированием.

9. Проблематичным является вопрос о детях-инвалидах. С одной стороны, гуманно воспитывать психически больных детей вместе со здоровыми. С другой стороны, для их воспитания необходим персонал со специальным образованием, которого в настоящее время недостаточно. Кроме того, проблема усугубляется нравственным состоянием общества: к сожалению, еще многие люди с предубеждением относятся к больным детям. Эта тема должна стать предметом широкого обсуждения.

10. Необходимо учредить гуманитарную экспертизу принципов организации всех детских учреждений в стране, так как с психологической точки зрения и ясли, и детские сады, и школы не отвечают современным требованиям к воспитанию и обучению детей.

Поступила в редакцию 5. VI 1990 г.

1 Результаты этих исследований подробно представлены в вышедшей в 1990 г. в издательстве «Педагогика» монографии «Психическое развитие воспитанников детского дома» под редакцией И. В. Дубровиной и А. Г. Рузской.

Воспитание детей сирот в условиях детского дома

Проблема детей, которые лишены родительской опеки, является одной из основных в нашей стране. Ни для кого не секрет, что воспитание детей сирот в условиях детских домов зачастую оставляет желать лучшего. Дети, которые растут в таких учреждениях, чаще всего являются недостаточно образованными и имеют множество психологических отклонений. Такой ситуации способствуют и плохие условия содержания, и отсутствие специально обученных педагогов, которые могли бы использовать определённые методики для обучения и воспитания таких детей.

Фотогалерея: Воспитание детей сирот в условиях детского дома

Воспитание детей сирот в условиях детских домов является сложным процессом, о котором не всегда задумываются педагоги, выбирающие работу именно в таких учреждениях. Для того чтобы обучать и воспитывать таких детей, необходимо намного больше знаний, квалифицированности, терпения и понимания, нежели для обучения детей в обычной школе. Для того чтобы понять, каким должно быть воспитание, необходимо хотя бы немного разобраться в основных причинах низкой обучаемости и отсутствия правильной социализации у таких детей.

Разные возраста в одной группе

Также педагогам, которые работают в условиях детского дома, нужно понимать о том, что они должны быть не только учителями, но и психологами. Именно поэтому преподавателям, которые работают в детских домах, советуют постоянно проводить различные психологические тесты, которые могут выявить причины нарушений у детей и помогают подготовить планы занятий, которые смогут развивать каждого ребёнка, в соответствии с его возможностями, знаниями и умениями.

Учителя, которые работают в детских домах должны понимать, что их роль очень важна в жизни каждого ученика, поскольку они получают воспитание именно от тех, кто им преподаёт. Дети, лишённые родительской опеки, получают намного меньше тепла, понимания, сочувствия и ласки, нежели их сверстники из благополучных семей. Именно поэтому педагогу нужно не только учить ребёнка, но и быть терпеливым к нему, стараться его понять и показать, что его судьба действительно не безразлична. Конечно же, дети, которые с самого детства не знают родителей и попадают в детские дома с улицы, имеют сложные характеры и психологические проблемы. Но при индивидуальном подходе к каждому, использовании современных методологий и, что самое важное, искреннем желании педагога помочь и понять, такие ребята могут получить хорошие знания, избавиться от своих проблем и спокойно социализироваться в обществе.

© 2007 — 2017 allWomens.ru Все права защищены.

Любое копирование материалов сайта запрещено!

Сайт использует файлы cookie. Продолжая просмотр сайта,

вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.

Данный ресурс включен в список разрешенной рекламы Adblock Plus.

Детский дом: миссия невыполнима?

В том, что проблему детей, оставшихся без попечения родителей, надо как-то решать, не сомневается никто. Но тот, кто за это берется, сразу сталкивается с множеством трудностей.

К этим фактам трудно отнестись бесстрастно. Они заставляют многих оторваться от повседневных дел и обратить внимание на сирот: собирать деньги, оплачивать поездки, устраивать благотворительные концерты, покупать для детских домов технику и мебель. Но это только внешняя сторона дела.

Главная трудность в том, что ребенку, оставшемуся без семьи, нельзя помочь, просто накормив, согрев его или помыв. С ним происходит гораздо большая трагедия, чем голод, отставание в развитии и лишение каких-то человеческих радостей: он не знает, что такое любовь. Потому что любви можно научиться, только видя любовь, — в постоянном общении с матерью, родными и другими любящими людьми. Тут никакие деньги уже не помогут.

В российской системе воспитания сирот самая обычная и распространенная форма — большие государственные детские дома. Обычно они рассчитаны на 100-200 детей. Главное, что дает ребенку государственная система, — это социальные гарантии: жилье по выходе из детского дома, право на бесплатное второе образование и др. Однако приходится признать, что с делом воспитания государство не справляется. Об этом говорят цифры. По данным Генеральной прокуратуры, 10% выпускников государственных детских домов кончают жизнь самоубийством, 40% (!) становятся преступниками, 40% — наркоманами и алкоголиками и только 10% находят достойное место в жизни. Почему так происходит? Дело в том, что у этой системы есть несколько серьезных изъянов.

Во-первых, она устроена как огромный конвейер, «перерабатывающий» жизнь ребенка. Ребенка, оставшегося без родителей, передают по цепочке — из одного учреждения в другое. До четырех лет он живет в Доме ребенка, после четырех — попадает в детский дом, а в семь лет его переводят в школу-интернат (тоже детский дом, но с собственной школой), где он начинает учиться. Часто в таких интернатах младшая школа со своим директором и коллективом воспитателей расположена в одном корпусе, а в старших классах дети переходят в другой корпус, и им опять приходится привыкать к новым воспитателям.

В результате за свою жизнь ребенку три, четыре раза приходится начинать все с начала. Эта проблема известна всем, кто работает в детских домах. «Дети со страхом ждут окончания четвертого или третьего класса, когда они должны уйти из детского дома», — говорит, например, Валентина Бородина, глава фонда «Отчий дом», на средства которого существует одноименный интернат семейного типа в Москве.

Детдомовцы привыкают к тому, что взрослые вокруг них — это временщики, которые постоянно меняются. По словам сотрудников детских домов, на 8-10 детей нормативами предусмотрен только один воспитатель в смену, летом — один воспитатель на 15 детей. Дети оказываются без присмотра, без настоящего внимания.

Другая проблема — замкнутость «детдомовского» мира. Дети живут в детдоме и здесь же учатся, даже в школе видя вокруг себя только таких же сирот. Кончается учебный год, наступает лето, и весь детдом, 100-150 детей, едет отдыхать на турбазу или в пансионат, куда свозят таких же сирот еще и из других детских домов. Получается, что ребенок просто не знает, как общаться с внешним миром.

К тому же воспитанные в государственном детдоме дети чаще всего не приучены к труду и не хотят работать. Они знают, что их накормят и оденут — государство обязано. У них не только нет необходимости себя обслуживать, это еще и запрещено. Воспитатели не имеют права привлекать ребенка даже к помощи на кухне — это не допускается нормативами по гигиене и технике безопасности. В результате дети растут иждивенцами — не умеют ни готовить, ни убираться, ни зашить свои вещи. И это не просто лень — искажается склад личности, способность принимать решения. Этот «результат» государственной системы воспитания тоже признается всеми.

Так что, когда ребенок выходит из детдома, он совершенно не приспособлен к жизни. Он получает квартиру, но не может жить один — в детском доме в комнате с ним всегда было еще 4-5 человек. Он никогда сам не ходил в магазин, не покупал себе еду. Он не знает, как расходовать деньги, не разбирается в людях и ничего не знает о нормальной жизни в семье. Вполне закономерно, что, вырастая, он становится жертвой криминальных структур или спивается.

Так бывает даже в благополучных внешне детских домах. Конечно, очень важно, чтобы в детском доме детей кормили, одевали, заботились об их здоровье. Слава Богу, что находятся благотворители, которые дарят детдомам вещи, книги, мебель. Но ребенку нужно нечто большее — нужен идеал. А воспитатели должны уметь вдохновить им ребенка. Государство же, само такого идеала не имеющее, не может дать детям полноценного нравственного воспитания.

По мнению директора одного из московских детских домов, «воспитательная цель во многих госучреждениях сейчас одна — чтобы не было ЧП. Придешь иногда в какой-нибудь интернат, а там дети бродят толпами и где-то в холле сидит один воспитатель и с ними же курит, а иногда и выпивает. В одном из государственных детских приютов дети живут «семьями» — мальчики с девочками. Отношения у них там, если можно так сказать, неформальные. Все об этом знают, и это считается нормальным, лишь бы все было тихо».

В старших классах сиротам начинают читать лекции об их правах, объясняя, что они имеют право на жилье, на двойное образование, на пособие. Но отличное знание своих прав имеет и оборотную сторону. По словам директора православного детдома в Ногинске В. А. Самозванцева, «в результате детям внушается отношение к себе как к маленькому божку. Прививается завышенная самооценка, знание прав и отказ от обязанностей. Ребенок воспитывается маленьким эгоистом». Не имея духовного стержня, дети деградируют и опускаются все ниже.

Специалисты считают лучшей формой воспитания детей-сирот усыновление (подробнее о ней можно узнать из сборника «Вы решили усыновить ребенка», информацию о котором читайте на стр. 48). Она дает наибольшие результаты, потому что только семья может восполнить то, чего ребенку не хватает. Достигается это благодаря ежедневному подвигу приемных родителей.

Те, кто хорошо знает жизнь приемных семей, убеждены, что им нужна постоянная и серьезная помощь — со стороны государства, благотворителей специальных организаций. О. Аркадий Шатов, духовник Свято-Димитриевского сестричества, опекающего четыре детских дома: «Для семей, готовых взять на себя такой труд, нужно покупать квартиры, оплачивать содержание детей. Церковь тоже должна участвовать в материальной и моральной помощи семьям, усыновившим детей-сирот. Священники должны заниматься с приемными детьми и родителями, потому что у них возникает масса проблем, даже если в приемной семье ребенка очень любят».

Есть форма воспитания, приближенная к усыновлению, — так называемые патронатные семьи. Семья берет ребенка на воспитание, патронатные родители получают зарплату из детского дома, ребенок знает, что это не его родители, но в остальном он является полноправным членом семьи. Сейчас в Москве есть детский дом, который работает именно так. (Подробнее — в интервью о. Александра Доколина на стр. 22.)

Существуют и так называемые малокомплектные детские дома. Здесь все как в обычном детском доме, только детей гораздо меньше — есть, например, детские дома, рассчитанные на 20-30 детей. Обстановка здесь, конечно, гораздо ближе к домашней, чем в огромных интернатах. Очень важно, что дети ходят в обычную школу и общаются там со своими «домашними» сверстниками. Увеличение числа таких небольших детских домов тоже было бы выходом из сложившейся тяжелой ситуации.

По мнению воспитателей православных и некоторых государственных детских домов, к работе с сиротами нужно обязательно привлекать Церковь. Каждому ребенку нужна пища для души, идеал, которому он может следовать, а сироте, лишенному естественной семейной теплоты, такой идеал нужен как никому другому. «Это может быть идея патриотическая или идея какого-то служения, — говорит о. Аркадий Шатов. — Но лучше всего, если это вера во Христа, в истинного Бога. Поэтому православные детские дома обладают большим потенциалом. Пусть на деле они часто несовершенны, но у верующих есть представление о том, что жить нужно не для себя, а для других».

Преимущество малого воспитательного учреждения, созданного при храме, еще и в том, что живая церковная община в какой-то степени заменяет ребенку семью. Здесь всегда много знакомых, под присмотром которых он останется, выйдя из детского дома. У детей, воспитывающихся в приходе, сохраняются связи с духовником, с друзьями в общине, которая очень нужна им.

Сегодня при монастырях и приходах один за другим открываются детские дома и приюты. Но, начиная новое дело, верующие часто не подозревают о тех проблемах и препятствиях, которые придется преодолевать.

Материальная проблема. Большинство благотворителей, к сожалению, не занимаются крупными проектами. О. Аркадий Шатов: «Я знаю многих благотворителей, которые распыляют свои средства, потому что хотят помогать всем. А взять и устроить детский дом или, например, курсы для воспитателей и целиком их финансировать — на это почему-то мало кто решается». В Москве, кроме того, большая проблема с помещениями, которые никто не дает под детские дома — это очень дорого. Даже для небольшого приюта необходимо отдельное здание или часть здания.

Однако даже в тех случаях, когда удается каким-то образом решить материальные проблемы, найти спонсоров, возникают почти непреодолимые бюрократические сложности с регистрацией приютов. Необходимо получить разрешение нескольких комиссий, которые, руководствуясь формальными инструкциями, придираются к малейшим отклонениям от предписанных норм, в то время как государственные детские учреждения в большинстве случаев функционируют с гораздо более серьезными нарушениями. Все это приводит к тому, что многие церковные детские приюты существуют на нелегальном положении.

Отношения с государством. Государство не помогает Церкви заниматься делом воспитания, хотя у Церкви есть опыт и возможность вырастить из детей-сирот не преступников, а нормальных граждан России. Отношения Церкви и государства на этом поле не выстроены: нет основополагающих законов, нет нормативных актов местного значения.

Детскому дому трудно прожить без регулярного государственного финансирования, только на пожертвования благотворителей. Однако государственное финансирование обычно предоставляется государственным учреждениям — то есть тем, учредителем которых является государство. А там, согласно Закону об образовании, воспитание и обучение должно носить светский характер. В государственном учреждении по этому закону нельзя учить детей вере, воспитывать их по-православному, нельзя устроить храм.

Конечно, государство может заключить с православным детским домом соглашение на его финансирование, частичное или полное. Но таких примеров чрезвычайно мало.

А ведь государственная система огромных детских домов, помимо прочих недостатков, еще и очень дорого обходится самому государству. На содержание ребенка в государственном детском доме в Москве сейчас выделяется около 60 тысяч рублей в год — столько ребенок не получает ни в одной семье! (Для сравнения: в системе патронатного воспитания на ребенка тратится около 20 тысяч в год.) Куда разумнее было бы направить средства на поддержание действительно эффективных и менее затратных типов детских учреждений, в том числе и негосударственных. Ведь дети-то в них воспитываются те же — государственные, российские.

Однако чиновники всегда с подозрением относятся к инициативам, исходящим не от государства. С таким отношением сталкиваются не только православные детские дома. Вот, например, впечатления директора московского негосударственного приюта «Дорога к дому» Сапара Кульянова, высказанные в одном из интервью: «Когда приюты создавались, они испытывали всяческие гонения. Прокуратура затевала дела. Ребенок на улице страдает, мучается, пропадает, он — ничейный. Стоит только его взять сюда — сразу: «С какой стати вы его взяли? А может быть, вы над ним издеваетесь?»

Получается, что существование православного, да и любого негосударственного детского дома зависит от душевного расположения местных чиновников. Надо сказать, что в провинции ситуация несколько иная, чем в Москве. Власти там куда охотнее сотрудничают с Церковью, в том числе и помогают православным детским домам. Видимо, на местах заметнее, что государство в одиночку с задачей не справляется.

Недостаток квалифицированных воспитателей. Найти работников для детского дома очень трудно. Эта работа требует очень много времени и сил, а зарплаты у воспитателей низкие. Здесь, как нигде, нужны люди, готовые на самоотверженное служение. Нужны профессионалы, которые являлись бы при этом церковными людьми.

Чтобы решить острую кадровую проблему, некоторые православные детские дома (например, в подмосковном Ногинске) идут по такому пути: принимают невоцерковленных педагогов, которые хотели бы стать церковными. Их воцерковление происходит постепенно. И здесь обнаруживается другая сторона проблемы — отсутствие школы для воспитателей и православной педагогической концепции.

Во-первых, это искушение властью над беззащитными детьми. Если нет любви, воспитатели начинают властвовать над ребенком, командовать, получая от этого удовольствие. К сожалению, опыт показывает, что воспитателю легко стать таким диктатором. Крайние случаи, конечно, редки, но в какой-то степени это присуще многим.

С этим связан и вопрос о телесных наказаниях. В семье родители имеют естественное право наказывать ребенка, потому что они его любят. В детском доме воспитатель не всегда любит ребенка, но не наказывать его не может, потому что нет другого способа воспитать. И если здесь не положить предел, то даже в православных детских домах, по свидетельству очевидцев, доходит иногда, к сожалению, до изощренных издевательств над детьми. Хотя случаи эти единичны, но тенденция такая есть в каждом детском доме: есть соблазн, если ребенок не слушается, треснуть его как следует, чтобы он послушался. А если ударил один раз, потом надо будет бить сильнее — это становится привычным. Этот путь очень опасен.

Здесь можно говорить уже не только о детских домах, но и об отсутствии в наше время воспитательной системы вообще. Воспитатели грешат или жестокостью и излишней требовательностью или, наоборот, становятся приятелями детей, теряют должную дистанцию. Причина этого, по мнению многих священников, — отсутствие опыта православного воспитания.

Кроме того, в наше развращенное время распространены искушения сексуального характера. И даже, к сожалению, в православных детских домах бывают очень неприятные случаи, когда возникают соблазны для воспитателей мужского пола. Приводит это к очень печальным, страшным последствиям.

«Бывают также серьезные ошибки в религиозном воспитании, — говорит о. Аркадий Шатов. — Многие хотят насильно научить детей верить в Бога, но сделать это невозможно. Бог хочет от нас любви, а любовь абсолютно противоположна всякой несвободе и всякому насилию. Насильно заставляя верить, можно только отвратить человека от Бога. К вере ребенок должен приходить свободно. Конечно, это не значит, что мы должны говорить: хочешь — люби, хочешь — не люби. Мы можем призывать ребенка к любви, воздействовать на него личным примером, вдохновлять его на эту любовь, но не лишать его свободы.

К сожалению, религиозным воспитанием у нас не умеют заниматься не только в детских домах, но и в семьях. Это вещь очень тонкая — сейчас в Церковь пришли люди, которые сами не были воспитаны в христианских семьях. Они не понимают, как ребенок воспринимает церковную службу, как он молится. Сами они в детстве этого не испытали, поэтому переносят на детей свои «взрослые» представления: требуют от ребенка слишком многого или позволяют ему слишком многое. Не могут помочь взрастить в ребенке семена веры.

При монастырях есть искушение сделать из детского дома маленький монастырь для детей. Это нужно преодолевать. Я был в одном монастыре и видел, как дети участвуют в круглосуточном чтении Псалтири: одна девочка в церкви, когда я зашел, занималась чем-то иным, а увидев меня, вскочила и стала читать. Из детей так вырастают лицемеры и ханжи, а не православные люди».

Бывает искушение приобщить детей к современной мирской культуре. Особенно в государственных детских домах, где живут православные дети. Там со стороны государства даже навязывается мирская жизнь: дети смотрят телевизор, ходят без разбору в театры, их отправляют в лагеря с неверующими детьми, от которых они заражаются любовью к поп- и рок-музыке, узнают о наркотиках и всяких извращениях. И как сделать, чтобы детский дом был закрыт от греха, но не лишал детей свободы, — это проблема очень серьезная.

Если мы хотим эту проблему решать, мы должны сами следовать за Христом и любить ближних как самих себя. По-настоящему воспитать сироту может только святой, только человек, сердце которого настолько широко открыто, что он готов каждого, встречающегося на его пути, тем более ребенка, принять в свое сердце. К этому нас, людей верующих, призывает Господь. Он призывает и благословляет нас служить детям так, как мы служили бы Ему Самому: «. Кто примет одно такое дитя во имя Мое, тот Меня принимает» (Мф. 18, 5).

Решение этой проблемы зависит и от того, насколько мы близки к Богу, обращены к источнику любви, участвуем в церковных Таинствах. Если мы лишь частично верим, слегка воцерковлены, отчасти православные, тогда, конечно, в нас нет той любви, которая нужна для этого.

Может быть, кому-то покажется, что от нас требуется непосильный подвиг. Однако это не так. Ведь решать проблему детей-сирот можно на разных уровнях. Каждый человек, в зависимости от своего положения и возможностей, может в этом участвовать.

Кто-то может и должен молиться об этих детях, не смиряясь с тем, что в мире есть такое зло — брошенные родителями дети, которые лишены любви — того, что важнее, чем еда, деньги, одежда, знание языков.

Кто-то может жертвовать на эту деятельность деньги.

Многие могут послужить сиротам, уделяя хоть немного своего времени. Скажем, хотя бы раз в год взять одного из наших детдомовских детей к себе домой, погулять с ним, позаниматься. Для детей пойти в гости — большая радость.

Кто-то может посвятить этим детям всю свою жизнь: взять ребенка в семью или работать в детском доме.

Участвовать в этом может каждый, но, решая эту проблему внешне, не нужно забывать: ничего не добиться, если не трудиться над умножением любви в своем сердце. Это главное».

Мифы о детях из детского дома

Ранее, в советские времена проблема сиротства решалась просто: «с глаз долой – из сердца (головы, совести) вон». Для детей, оставшихся без родителей, строились закрытые учреждения за высоким забором или вообще за городской чертой. Этих детей практически никто не видел. Журналисты говорили о них мало, а выросшие детдомовцы о своем детстве старались не вспоминать. В результате проблема детей-сирот оказалась «виртуальной»: все слышали, что они где-то есть, но толком их никто не видел. Главное – государство о них заботится, и ладно.

СОВЕТ:Сегодняшние сироты – это либо жертвы домашнего насилия, либо дети, не знавшие своих родителей. У них в подавляющем большинстве нет представления о позитивной модели семьи. Поэтому воспитанники детских домов не способны создавать семьи, растить собственных детей, которые нередко тоже оказываются в детском доме и повторяют судьбу родителей.

Следует помнить, что ресурс коллективного воспитания в сиротских учреждениях ограничен. Бывают ситуации, когда его достаточно. Однако в целом детям, которые не имели позитивного семейного опыта, помочь может только семья.

Очень важно, чтобы СМИ развивали идею иной благотворительности, которая предполагает оказание помощи семьям, взявшим на воспитание детей (особенно больных), поддержку выпускников сиротских учреждений в получении образования и профессии и развитие семейных форм устройства.

Этот миф возник в результате весьма странного переосмысления советской педагогикой опыта А.С.Макаренко. Социальные сироты – это дети, пострадавшие от собственных родителей, или вообще никогда их не видевшие. Часто это дети маленькие, которым до опыта отношений с коллективом сверстников необходим опыт отношений со значимым взрослым, а его учреждение дать не может. После выхода из детского дома они не способны создавать полноценные семьи и растить своих детей – они просто не знают, как это делается.

Сегодняшним подросткам, особенно с трудным поведением, было бы очень полезно получить опыт самостоятельности: зарабатывать на свои расходы, принимать решения, планировать свою деятельность и отвечать за нее.

Коллективное воспитание не может помочь детям-сиротам в главном: дать опыт нормальной семейной жизни. Много лишенных самостоятельности детей под одной крышей – это не коллективное воспитание, а казенный дом.

Ребенка передают, выбирают, берут, размещают… Таким образом, на травматичный опыт потери семьи накладывается ощущение щепки, плывущей по волнам. От щепки ничего не зависит, да и вообще ее отношением к происходящему никто не интересуется. Дети – не объекты, они живые люди со своим характером, ценностями, интересами. Да, они пока не самодостаточны, они нуждаются во взрослых. И у взрослых есть выбор: действовать и принимать решения в интересах ребенка, для чего надо вникнуть в ситуацию и осознать эти интересы, или делать так, как удобно (не хлопотно, выгодно, понятно, привычно) самим взрослым. А детям нужны не «показатели успешности работы», а просто нормальное детство, свой дом и семья.

Желающих взять ребенка (и что-то уже начавших делать в этом направлении) очень много. А тех, кто только задумывается об этом шаге – во много раз больше.

Почему же не берут? Потому что нет пока развитой системы активного и целенаправленного семейного устройства детей. Органы опеки или сотрудники банка данных работают только в режиме реагирования: отвечают на запросы семей. Никто приемных родителей специально не ищет, не готовит, не помогает им. Между тем, при наличии профессиональной работы по семейному устройству практически все дети из учреждений могут быть успешно устроены в семьи. Нужно просто этим заниматься.

К сожалению, такое приходится слышать даже от работников органов опеки. На самом деле крайне редко в медицинской карте детдомовского ребенка записано «практически здоров». Большинство детей имеют социально-педагогическую запущенность, нарушения речи, многие – задержку психического развития. Почти у всех детей наблюдаются невротические реакции, высокая тревожность, агрессивность, неконтактность, часто встречаются энурез, нейродермиты, гастриты и прочие психосоматические заболевания. Причина такого состояния детей – вовсе не дурные гены, а опыт эмоциональной депривации. Опыт одиночества и никому ненужности в сиротском учреждении, опыт пренебрежения и жестокого обращения со стороны собственных родителей, опыт потери семьи, состояние полной неопределенности в жизни.

Получается, что это не ребенок ненормальный – это жизнь у него сложилась ненормально. И все расстройства здоровья и поведения – вполне нормальная реакция на ненормальные обстоятельства. Отсюда вывод: наладится жизнь, и все остальное у него наладится. Когда он увидит, что его любят, поверит, что за него «болеют», он обязательно постарается наверстать упущенное. И опыт семейного устройства это подтверждает: через год-два жизни в любящей, заботливой семье ребенок буквально расцветает. Меняется детская психология ;Он быстро растет и развивается, у него могут пройти даже хронические болезни.

СОВЕТ: Расстройства здоровья и неадекватное поведение детей из детского дома — это нормальная реакция на ненормальные обстоятельства, и генетика здесь не при чем. Как только ребенок поверит, что его любят, за него переживают, он постарается наверстать упущенное. Опыт семейного устройства подтверждает: через год-два жизни в любящей семье ребенок буквально расцветает, быстро растет и развивается, проходят хронические болезни.

Этот стереотип нашел отражение в пословице «Яблоко от яблони недалеко падает». Сегодня все знают о существовании генов, которые задают некую программу, предопределяющую в человеке очень многое. Тогда возникает закономерный вопрос: какой смысл стараться, вкладывать в ребенка силу и душу? Ведь гены не изменишь, значит, ему «на роду написано» стать алкоголиком (проституткой), как его кровные родители… Поскольку повлиять на гены невозможно, они вызывают сильнейшую тревогу, и в то же время на них нередко «списывают» все связанные с ребенком трудности («это не мы не справляемся, это у него гены такие»).

Генетически обусловленные качества человека действительно есть, и не стоит питать иллюзий по поводу того, что ребенка можно полностью «перекроить под себя». Эти попытки приведут к жестокому разочарованию и обиде на ребенка, который «обманул ожидания», оказался «не тем».

Но гены не влияют на такие качества человека, как честность, доброта, на его способность любить, быть счастливым. Здесь все зависит от любящей семьи и от выбора самого человека. Гены определяют лишь темпы возникновения зависимости, а выбор делает сам человек, и во многом он зависит от того, есть ли у него поддержка, есть ли за спиной «крепкий тыл» — любящая семья.

Если приемная семья будет жить в страхе перед «генами», в любом проявлении ребенка высматривая зачатки «аморального образа жизни», то возникнет ситуация самосбывающегося пророчества. Ребенок, в которого не верили, от которого ждали худшего, будет вынужден (если он послушен) подчиниться ожиданиям, либо (если он упрям) утрировать стиль поведения, пугающий приемных родителей. Результат будет один и тот же.

СОВЕТ: В преодолении этого предубеждения важно избегать крайностей. Конечно, темперамент или математические способности во многом определяются генами. Однако генетически не задаются такие качества, как честность, доброта, способность любить. Здесь все зависит от любящей семьи и от выбора самого человека. Действительно, можно унаследовать такой тип обмена веществ, который облегчает возникновение алкогольной зависимости. Но такая предрасположенность есть, скорее всего, у многих россиян. Однако алкоголиками становятся далеко не все, хотя спиртное продается на каждом углу. Потому что у них есть работа, любимые, дети. Выбор человек делает сам, и во многом этот выбор определяется тем, есть ли у него в жизни поддержка и любящая семья.

То есть приемный ребенок — это последняя возможность для людей, которым «правильным» способом стать родителями не удалось. На самом деле это не совсем так. В мире большинство приемных родителей – люди, уже имеющие детей – их около 50%.

Этот миф заставляет воспринимать приемную семью как «ущербную», а это подталкивает родителей к сокрытию «неправильного» происхождения своего ребенка, соблюдению тайны усыновления. В результате нарушаются отношения внутри семьи, наносится дополнительная травма супругу, с которым связана бездетность семьи. Как только ребенок доставляет неприятности, этот супруг чувствует себя особенно виноватым («родной ребенок так бы не сделал»), что конечно, не добавляет ему увереннности в своих силах. Таким образом, получается самоподтверждающийся прогноз: исходя из предпосылки, что приемный ребенок – это «суррогат», с которым «все не так», приемные родители (вольно или невольно) ведут себя так, что проблемы ребенка только усугубляются.

Миф этот вреден и тем, что мешает семьям, имеющим детей, задуматься о принятии ребенка, ведь это «только для бездетных». Между тем именно они могли бы стать прекрасными приемными родителями, поскольку имеют опыт воспитания детей.

В Европе распространено мнение, что брать детей – сирот в семью – нормально, в этом нет ничего особенного (ни постыдного, ни героического), это обычное человеческое поведение. И там, где так считают, детских домов нет и в помине.

СОВЕТ:Очень важно, чтобы СМИ чаще рассказывали о семьях с кровными детьми, которые берут на воспитание сирот. Истории приемных семей. Таким образом, будет разрушаться стереотип «ущербности» замещающих семей, что, в свою очередь, положительно отразится и на бездетных парах. Кроме того, это может подтолкнуть к желанию взять ребенка семьи, которые не задумывались об этом в силу данного стереотипа. В результате дети приобретут уверенных в себе родителей.

Речь идет о пресловутой тайне усыновления. Этот стереотип даже закреплен законодательно. За этой нормой закона стоит уверенность в том, что если гражданам строго не запретить, они затравят сироту и его применых родителей, а также убеждение в том, что ребенку не надо знать о своем происхождении. Ни первое, ни второе не потдверждается мировым опытом. Для защиты интересов ребенка вполне достаточно соблюдения профессиональных этических норм, среди которых – неаразглашение информации о судьбе ребенка.

Нужна ли Тайна усыновления – это бомба замедленного действия внутри самой семьи. А к неискренности самых близких людей ребенок гораздо более восприимчив, чем к предполагаемой агресии со стороны посторонних. При выяснении правды – а это происходит почти всегда – главной травмой для ребенка оказывается не то, что он не родной, а то, что ему столько лет лгали. Сокрытие от ребенка истины о его прошлом есть не что иное, как нарушение его прав.

10.«У ребенка не должно быть кровных родственников, лучший вариант-круглая сирота»

Ребенку, у которого нет никого на свете, почти невозможно преодолеть всепоглощающе чувство тревоги, а это очень мешает его развитию. Опыт семейной жизни, наличие родственников, воспоминания о прошлом в родительском доме являются ресурсом для ребенка, его опорой и залогом успешного развития. Самые «легкие» приемные дети – те, которые общаются с кровными родственниками, имеют привязанности, знают, что у них есть кто-то родной.

Если речь идет о ребенке, который совсем маленьким потерял связь с кровными родителями, в подростковом возрасте ему стоит попытаться эту связь восстановить. Если приемные родители не препятствуют его попыткам найти родителей или встретиться с родственниками ( при условии безопасности для жизни и здоровья ребенка), поддерживают его в таком стремлении, это очень хорошо сказывается на их отношениях с ребенком. Он становится более спокойным, открытым, а также более реалистично и ответственно подходит к планированию собственного будущего (в том числе и за счет утраты иллюзий насчет кровных родителей: «А на самом деле моя мама – кинозвезда, просто я потерялся»).

Стремление взять маленького ребенка может быть вполне оправданным: напрмер, пара, никогда не имевшая детей, хочет насладиться всеми этапами родительства, понянчиться с младенцем. К тому же маленьких очень жалко, и их хочется поскорее забрать из казенного дома.

Но в целом этот стереотип – один из самых вредных для семейного устройства. Детей старше 5-6 лет это предубеждение обрекает на жизнь в казенном учреждении. К семи годам ребенок, которого переводят из дошкольного детдома в интернат, уже вполне осознает, что у него шансов нет, и за ним никогда не придут. Неужели его меньше жалко, чем младенца?

Между тем тысячи семей и детей, давно вышедших из младенческого возраста, могут найти друг друга и быть счастливыми. Кроме того, есть категории потенциальных приемных родителей (например, люди предпенсионного возраста или семьи с маленькими детьми), которым не стоит брать в семью младенца, но они бы замечательно справились с воспитанием младшего школьника или подростка.

Опыт показывает, что возраст ребенка (как и пол) – далеко не самая важная характеристика, определяющая успешность его устройства в семью. Трехлетний ребенок с опытом тяжелой эмоциоанальной депривации, с рождения живущий в казенном учреждении, может быть гораздо более проблемным, чем десятилетний, росший с родителями, которые постепенно спивались, но при этом любили его и заботились о нем.

СОВЕТ: СМИ следует чаще рассказывать о детях, взятых в семью в школьном возрасте, а также представлять комментарии специалистов, объясняющих особенности воспитания детей разных возрастов. Вы хотите взять приемного ребенка в семью ?

Приемные родители, которые на это надеются, бывают неприятно удивлены, никакой благодарности от ребенка не получая. Но ведь благодарность – очень сложное чувство, которое формируется к самому концу детства (а у многих и во взрослом возрасте бывает не сформировано). Маленький ребенок все происходящее с ним принимает как должное, он не может мыслить в сослагательном наклонении («что было бы, если. »). Кстати, именно обида на его неблагодарность нередко заставляет родителей нарушать тайну усыновления: возмущенные поведением подросшего ребенка, они в запальчивости «предъявляют счет». Даже если этого не происходит, текст, близкий к известному высказыванию кота Матроскина: «На помойке нашли, отмыли, от очисток отчистили, а он нам фигвамы строит» — родитель много раз произносит про себя. Чувствуя это, дети никакой благодарности не испытывают, скорее наоборот. По-настоящему благодарны приемным родителям ( уже во взрослом возрасте, конечно) бывают те дети, которым позволяли быть самими собой и от которых благодарности не ожидали, наоборот, родители считали, что дети принесли им много радости и новый опыт.

А усыновить – трудно и страшно. Потому что усыновить – это значит полностью взять на себя ответственность за жизнь, воспитание, учебу, здоровье и развитие ребенка. Не всякой семье это по силам. Долгое врем другие формы семейного устройства практически не развивались, но в последнее десятилетие ситуация изменилась. Стала шире использоваться неродственная опека, активно развивается патронатное воспитание. В общем, нет и не может быть формы семейного устройства, которая была бы лучше или хуже остальных. Все они дают разные возможности ребенку и приемной семье, их нужно знать и выбирать форму устройства, исходя из интересов ребенка и возможностей приемных родителей, с учетом всех обстоятельств.

Полюбить ребенка, конечно очень важно. Но одной любви недостаточно. Ее недостаточно и родным детям. Не случайно многие современные родители читают книги по воспитанию, советуются со специалистами. В случае с ребенком приемным, то есть не имеющим врожденной связи с родителями, тем более нужны помощь, знания, подготовка. Пройдет немало времени, пока приемные родители начнут понимать ребенка «с полуслова». А может быть, и не начнут, поскольку в жизни этого ребенка было такое, чего обычные люди и представить себе не могут: насилие, жестокость, полное одиночество. Ни педагогическое образование, ни опыт воспитания своих детей не помогут родителям понять, почему приемный ребенок ведет себя именно так. Есть вещи, в которых может разобраться только специалист.

Поэтому нет смысла «раздавать» детей из детских домов по семьям, не предоставляя при этом помощь и поддержку приемным родителям. Ведь если семья не справится и вернет ребенка, он будет в еще большем отчаянии, чем раньше, а все окружающие лишь утвердятся в мнении, что «эта затея никогда ничем хорошим не кончается». Помощь и поддержка профессионалов – не просто «услуга» для семьи, это залог успешного детства, а значит, и всего будущего приемного ребенка.

Методические материалы по подготовке приемных родителей скачать

Копирование материалов разрешается только с обязательным указанием активной гиперссылки на сайт.

Источники:
Воспитание в детских домах
воспитание в детских домах ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ВОСПИТАНИЯ ДЕТЕЙ В ДОМАХ РЕБЕНКА И ДЕТСКИХ ДОМАХ Л. Н. ГАЛИГУЗОВА, С. Ю. МЕЩЕРЯКОВА, Л. М. ЦАРЕГОРОДЦЕВА В последние годы в нашей
http://www.voppsy.ru/issues/1990/906/906017.htm
Воспитание детей сирот в условиях детского дома
Правильное воспитание детей сирот, которые оказались в условиях детского дома
http://www.allwomens.ru/16047-vospitanie-detey-sirot-v-usloviyah-detskogo-doma.html
Детский дом миссия невыполнима
Детский дом: миссия невыполнима? В том, что проблему детей, оставшихся без попечения родителей, надо как-то решать, не сомневается никто. Но тот, кто за это берется, сразу сталкивается с
http://vstrecha.glasnet.ru/nc/0102/32/32.htm
Мифы о детях из детского дома
Мифы о детях из детского дома Ранее, в советские времена проблема сиротства решалась просто: «с глаз долой – из сердца (головы, совести) вон». Для детей, оставшихся без родителей, строились
http://mamamoya.ru/mifi_o_detyax_iz_detskogo_doma.htm

COMMENTS